К удивлению Дэйна главный лесничий рассмеялся.

– Мы сейчас вне заповедника, врач Тау, и можно предположить, что мы уже сегодня до наступления темноты поохотимся в пещерах.

– Львы? – спросил Джелико.

Вспомнив черно-белого зверя, показанного им Ламбрило, Дэйн не обрадовался такой возможности. У них было – он обозрел оружие, переводя взгляд с человека на человека – иглоружье Азаки, другое такое же на плече у пилота, капитан и Тау вооружены бластерами, а у него самого лучевое ружье и силовой клинок. Эти последние считались легким оружием, но были достаточно мощны, чтобы даже у львов притупить охотничий энтузиазм.

– Львы. Грасы, скальные обезьяны, – перечислял Азаки, закрепляя клапан своего вещмешка, – все они охотники или убийцы. Грасы достаточно велики и значительны, чтобы не иметь врагов, и достаточно умны, так как высылают разведчиков. Львы охотятся с большим искусством... Скальные обезьяны опасны, но, к счастью, неспособны соблюдать тишину, когда чуют добычу, и этим предупреждают об опасности.

Через некоторое время, когда они уже поднимались по склону, Дэйн оглянулся назад на оставшийся внизу флиттер и понял, что, вероятно, Азаки был прав, решив, что им лучше попытаться выбраться отсюда самим, чем ждать помощи.

– Даже оставляя в стороне возможность новой неприятности, когда мы снова оправимся на запад, – Джелико опустил бинокль и он свободно закачался на шнурке, висевшем у него на шее, – если мы не случайно потерпели аварию, – его рот сжался так, что старый шрам от бластера на коже натянулся и стал виден до самой челюсти, – то кое-кому придется ответить на множество вопросов – и очень скоро!

– Главному лесничему, сэр?

– Не знаю. Пока не знаю! – проворчал капитан и, поправив вещмешок, пошел вперед.